Как адвокат помог спасти подозреваемого в коронавирусе от принудительного содержания в больнице

Вся РоссияНовосибирсккоронавируслечение covid-19права пациентасамоизоляция

В условиях борьбы с коронавирусной инфекцией от ошибок не застрахован никто, в том числе медицинские работники. Для защиты прав пациентов, то есть каждого из нас, нужно, чтобы в стационар для лечения опасного инфекционного заболевания не помещали тех, кто им не болен. А это, увы, еще бывает.

Расскажу вам историю моего доверителя, который попал в больницу и не мог ее покинуть без привлечения адвоката. 15 апреля жительница Новосибирска (не выезжала заграницу, не контактировала с лицами, вернувшимися из-за рубежа) обратилась к участковому терапевту с жалобами на ОРВИ, и ей был открыт больничный лист.

При повторной явке 21 апреля терапевт выдал женщине направление в больницу на проведение рентгенологического исследования: «на всякий случай». При этом в направлении не было указано о госпитализации, а по результатам анализов ОАК, ОАМ, прослушивания легких с помощью стетоскопа, проверке уровня насыщения крови кислородом — всё было в норме.

В тот же день она явилась в больницу с направлением, где в приемном покое, после проведения рентгена и получения через несколько часов его «чистого» результата, у нее были взяты мазки из носа и ротовой полости на COVID-19, после чего женщине было сообщено, что теперь она будет находиться в стационаре до получения их результата в течение 14 дней.

На ее вопросы — почему она не может находиться на домашней самоизоляции, ей был дан ответ, что «сотрудники ОМОН на КПП её никуда не выпустят». Кроме этого медицинские работники прокомментировали, что «тогда нужно было вообще сюда не приезжать».
С 21 по 24 апреля она находилась в стационаре, где, кроме капельниц с калием, никакого лечения не проводилось, а между тем в то же отделение в соседние палаты поступали пациенты в тяжелом состоянии, с сильным кашлем, диагнозом «пневмония», в том числе «COVID-положительные» (известно со слов медсестры).

id-100662622

Учитывая условия совместного нахождения с тяжелобольными (включая общий туалет и отсутствие влажной уборки за эти 4 дня в палатах и общем коридоре), у моей доверительницы возникло вполне понятное желание покинуть больницу и находиться дома.

24 апреля утром она связалась со мной и попросила о помощи, поскольку при обходе лечащий врач отказался объяснить ей, почему это невозможно, учитывая состояние здоровья.

Моя работа заключалась в том, чтобы проинформировать её о правах пациента, оказать помощь в составлении информированного добровольного отказа от госпитализации и лечения в стационаре. На ее просьбу к медсестре передать лечащему врачу ее обращение, последовал категоричный отказ что-либо брать у пациента. Однако медсестра пообещала рассказать врачу о ее желании выйти из больницы. В обращении содержался не только отказ, но и просьба проинформировать о дальнейшем взаимодействии с медицинским работником, который будет заниматься обследованием, проверкой здоровья пациента на дому (участковый терапевт или врач из больницы).

Медсестра на словах передала ответ врача, что пациенту не разрешается уходить из больницы. В этот момент я уже находилась возле больницы у КПП и по телефону посоветовала своей доверительницы оставить заявление на стойке сестринского поста, собрать вещи и выходить из больницы.

Аналогичный отказ с мотивировкой был направлен на электронный адрес главврача этой больницы. Необходимо отметить, что на вопросы пациентки о том — какова причина ее обязанности находиться в стационаре, она получала краткий ответ: «Вы должны быть в больнице», в котором не было никакой информации о ее состоянии или результатах анализов.

В приемном покое пациентке отказались отдавать верхнюю одежду, мотивируя тем, что «врач не разрешил». Поэтому она вышла на КПП ко мне. Её без проблем выпустили с территории больницы. Я через телефон на КПП связалась со старшей медсестрой с объяснением ситуации, разъяснением мотивов и прав пациента. Озвучила просьбу о возврате одежды. Старшая медсестра попросила подождать, ей нужно пообщаться с дежурным врачом. Через 15 минут, опять-таки через телефон на КПП, нам было сообщено, что мы можем забрать вещи, что мы и сделали.

Ответ от главврача (о выдаче выписного эпикриза, порядке дальнейшего наблюдения, прохождении второго теста, закрытии больничного листа) до сих пор не получен, хотя 27 апреля нами был направлен повторный запрос. Пациентка до сих пор находится на домашней самоизоляции, и 30 апреля нами подана жалоба в Росздравнадзор.

Интересно, что эти ситуации стали возможными несмотря на четкие указания в инструкциях для медиков. Так, документы Минздрава РФ содержат вполне определенные критерии дифференциальной диагностики COVID-19 и правила — кому находиться на лечении дома, а кого необходимо госпитализировать, апробированные во всем мире. В документах отмечается, что в равной степени повышает риск распространения болезни и представляет угрозу для самого пациента и окружающих как свободное нахождение «заразного» больного в общественных местах, так и помещение в стационар не больного человека или такого, у которого инфекция протекает в легкой форме. Согласно опубликованной статистике, количество заражений в больницах — самое высокое, в том числе среди медперсонала.

К регулирующим актам, которые используют в больницах, относятся:

1. «МР 3.1.0170−20. 3.1. Профилактика инфекционных болезней. Эпидемиология и профилактика COVID-19. Методические рекомендации» (утв. Главным государственным санитарным врачом РФ 30.03.2020).
2. «Временные методические рекомендации «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19). Версия 6 (28.04.2020)».
3. «Инструкция по проведению этиологической лабораторной диагностики коронавирусной инфекции» (утв. Минздравом России, доступна по ссылке к указанным выше рекомендациям).

Если указанные документы обобщить, то они предусматривают следующее:

  • к «подозрительному на COVID-19» случаю относятся клинические проявления острой респираторной инфекции (температура тела выше 37,5 °C и один или более из следующих признаков: кашель — сухой или со скудной мокротой, одышка, ощущение заложенности в грудной клетке, насыщение крови кислородом по данным пульсоксиметрии (SpO2) менее 95%, боль в горле, насморк и другие катаральные симптомы, слабость, головная боль, аносмия, диарея) при отсутствии других известных причин, которые объясняют клиническую картину вне зависимости от эпидемиологического анамнеза;
  • время после сдачи первого анализа на Covid-19, а также между первым результатом и вторым анализом можно ожидать в изоляции дома с соблюдением санитарных мер, если только нет члена семьи старше 65 лет; предусмотрено проведение этого теста (первого и второго) на дому;
  • если есть подтвержденный COVID-19 при легком течении, по решению лечащего врача (при отсутствии хронического сердечно-сосудистого или бронхолегочного заболевания, диабета, возраста до 65 лет) возможно получать уход и лечение дома в изоляции; предусмотрен порядок проведения обследований и лечения в домашних условиях;
  • нарушение изоляции в домашних условиях при подтвержденном с помощью лабораторного исследовании диагнозе COVID-19 может повлечь привлечение к административной/уголовной ответственности при наличии к тому оснований.

Соответствующие правила логичны и обоснованны, созданы на основании опыта большого числа медиков и ученых со всего мира, предписывающие в общественных интересах изолировать в стационаре только тяжело больных, не отвлекая медперсонал на тех пациентов, жизни которых ничего не угрожает и лечение (диагностика) которых на дому не только допустимы, но и предотвратят дальнейшее распространение инфекции и риск инфицирования незараженных.

В связи с публикациями об этом случае на к 30 апреля мною получено уже несколько обращений по аналогичным ситуациям. В частности, о вынужденности людей «сбегать» из больниц, которые занимают палаты только с тем, чтобы сдать второй тест, и им не проводят лечение (не от чего лечить).

Медики отказываются оформлять выписки из больниц в связи с желанием пациента получать обследование и лечение на дому. В одном из случаев пациентку угрозами заставили лечь в больницу на 14 дней с двумя детьми для проведения двух тестов, так как их указывали как «контактных» знакомые, выезжавшие за рубеж в марте. Первые анализы у всех троих были отрицательные, а второй результат у одного из детей — положительный. Мама с одним ребенком выписана, ей не разрешено под угрозами штрафов лежать со вторым, который остался один.

Мой ответ на такие вопросы один: только ваши активные действия могут предотвратить нарушения. В подобных ситуациях требуется обязательное обжалование незаконного содержания в стационарах в административном порядке или в суде. При этом каждый случай индивидуален — обращайтесь к юристам и адвокатам для подробной консультации и оказания квалифицированной юридической помощи.

Соблюдайте законы, читайте первоисточники и берегите здоровье!

В случае, если у вас имеются вопросы по защите ваших прав в период пандемии коронавируса, — пишите нам в раздел «Консультации». Наши эксперты всегда готовы помочь вам, даже находясь на самоизоляции.

Вместе мы делаем мир справедливее.

Сайт «Так-так-так» создан для того, чтобы мы помогали друг другу. Вы тоже можете помочь, поддержав проект

Обязательная информация.

Фонд содействия развитию массовых коммуникаций и правовому просвещению «Так-так-так» внесен в Реестр НКО, выполняющих функцию иностранного агента. Мы обязаны размещать этот комментарий, исполняя требование существующего законодательства, но заявляем, что считаем решение Минюста необоснованным и оспариваем его в суде.

Написать комментарий

Для отправки комментария вам необходимо авторизоваться.

Яндекс.Метрика