Продолжая работу с сайтом taktaktak.ru, вы подтверждаете использование сайтом cookies вашего браузера с целью улучшить предложения и сервис на основе ваших предпочтений и интересов. Подробнее

Принять

Незаконное задержание и вынесение обвинительного приговора по сфабрикованному делу

Московская обл.полицияпрокуратураправосудиеуголовное право

Проблема
Татьяна Пронченко Татьяна Пронченко 30 января 2017, 15:24
0

Здравствуйте. Меня зовут Татьяна. Я уже год пытаюсь доказать невиновность моего сына. Надеялись, что суд разберется в данном деле, но 24 января 2017 г.   нам вынесли обвинительный приговор.  Сына задержали в 00.35 ч. 3 декабря 2015 г. Примерно Через минут 40  я с мужем уже была в полиции, где при нас составили протокол об административном задержании, причина нахождение в нетрезвом состоянии в общественном месте (сын с другом отдыхали в баре, но степень опьянения так и не была определена). Нам сказали, что мы утром должны оплатить штраф 500 руб. и сможем забрать ребят. Но днем протоколы успешно пропали, и на сына завели уголовное дело по ст.111 ч. 1 с тяжкими телесными повреждениями. мы попытались провести собственное расследование, нашли свидетелей, которые подтвердили, что сотрудник полиции после задержания сына подвели к ним избитого мужчину, который сказал, что это не эти ребята его били это и слышно на записи телефона. В последствии пострадавший отказался от своих слов и дал другие показания. Если вы прочитаете протоколы допроса, то увидите, что потерпевший трижды давал разные объяснения. А свидетель, которого нашли сотрудники полиции, как оказалось потом в суде, был давним другом сотрудника полиции. В деле 4 протокола его допроса, и все они разные. Самое интересное, что потерпевший и пострадавший указали разные места преступлений. Показания полицейских по отношению к свидетелю тоже разнятся. Суд так же как и следователь не стала учитывать наши доказательства и показания свидетелей с нашей стороны. Никто не стал разбираться, куда пропали протоколы  административного задержания, которые составили в моем присутствии, к моим показаниям отнеслись с недоверием. Если у вас будет время изучить наши документы, обратите внимание пожалуйста на показания сотрудников полиции, их свидетеля и показания потерпевшего, которые каждый раз противоречат друг другу.  Если нужны будут еще  какие документы, я предоставлю. Одно только то, что моего сына задержали вместе с другом, а по проверке, которая провела прокуратура Х., друга доставили в полицию совсем в другое время, фото из отделения полиции у меня отказались принимать. У нас есть документы и видеозапись с камеры и с телефона которая подтверждает, что время выхода из бара до момента задержания составляет примерно 8 минут. А в суде установили рамки с 00.ч. до 1 ч. ночи. Хотя на камере видно, что сын прошел из бара в 0.27, а запись задержания на свой телефон он сделал в 0.37... телефон для уточнения времени у нас по нашим запросам так и не изъяли, как и не изъяли записи с видеокамер. Единственная запись, эта та, что мы выпросили в баре. Так же может вы обратите внимание, что на документе, который свидетельствует о согласии потерпевшего о проведении следственных мероприятий нет никаких печатай и записей подтверждающих подлинность данного документа. И подпись на данном документе отличается от подписи потерпевшего, которая стоит на протоколе его допроса. Там много нарушений, которые суд не захотел учитывать, так как  они не вызывают у него доверия, а несоответствие в показаниях людей со стороны обвинения он признал и не нашел повода им не доверять. У нас на руках нет копии решения суда, должны получить в понедельник. Я уже выбилась из сил, не знаю, кому доверять. У нас был адвокат из Москвы, который нас заверил, что сможет доказать невиновность нашего сына, в общей сложности мы заплатили 200 тыс., а он в разгар суда объявил, что его лишили статуса и так и не выполнил свои обязательства. Помогите пожалуйста, если у вас есть такая возможность. Это уже крик отчаяния матери, парню 23 года и все рухнет в жизни за преступление, которого, ПОВЕРЬТЕ мне он не совершал. На обуви сына в области подошвы на одном ботинке был обнаружен потек крови, но генетику так и не сделали, брызг от раны на теле потерпевшего, а их в переходе было много, на вещах моего сына не обнаружено. Год просили провести дополнительные экспертизы, были готовы их оплатить, но нам опять отказали. Сын и адвокат подавали ходатайство на проверку на полиграфе сына и его друга, но опять последовали отказы.

Мне многие говорят, что если нет в наличии нескольких миллионов, доказать что-либо в нашей стране у меня не получится. Неужели, если я обычный преподаватель, я не смогу доказать невиновность сына и не смогу добиться справедливости и пересмотра нашего дела. Неужели справедливость в нашей стране это обычные пустые слова. Я не хочу в это верить, я надеюсь, что в правоохранительных органах есть честные и порядочные люди, которые смогут нам помочь. ПОМОГИТЕ МНЕ ПОЖАЛУЙСТА.

Извините за беспокойство. Спасибо.
Есть еще документы, фото, запись с телефона и камеры. Документы есть у адвоката, который занимается нашим делом. Если понадобятся еще какие документы, я предоставлю.
с уважением, Пронченко Татьяна

Говорят, что Х. процветают… а в Х. гнилая правоохранительная структура ….

Я ПОНИМАЮ, ВЫ МНЕ МОЖЕТЕ  НАПИСАТЬ, ЧТО ВЫ НЕ МОЖЕТЕ ПОМОЧЬ В ЭТОМ ДЕЛЕ, А ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ, КАК ПРИВЛЕЧЬ ТЕХ, КТО СМОЖЕТ ПОМОЧЬ? НЕУЖЕЛИ МНЕ НУЖНО ЧТО-ТО СДЕЛАТЬ С СОБОЙ, ЧТОБЫ ЭТИМ ДЕЛОМ ЗАИНТЕРЕСОВАЛИСЬ И УВИДЕЛИ ЛОЖЬ И КЛЕВЕТУ СОТРУДНИКОВ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ??? ДЕНЕГ У МЕНЯ УЖЕ НЕТ, ОСТАЛАСЬ ТОЛЬКО МОЯ ЖИЗНЬ.

Мои Контактные  данные: Пронченко Татьяна Борисовна МО, г.Х., мкр.С., ул.Л. д.3 кор.1 кв.204 89652919267

Это материал прений нашего адвоката в суде, здесь указаны все нарушения, которые были совершены в ходе следствия.

Уважаемый суд, участники уголовного процесса, окончено судебное следствие по уголовному делу, по обвинению П.В.П.а в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ.

 В ходе судебного следствия были исследованы письменные материалы уголовного дела, допрошены свидетели обвинения, свидетели защиты, допрошен судебно-медицинский эксперт, проводивший экспертизу, а также сам подсудимый.

 Все вышеперечисленное было, я думаю, проанализировано, как стороной защиты, так и стороной обвинения и несомненно судом.

  Я, как представитель стороны защиты прошу учесть суд следующие факты, ставящие под сомнение обоснованность обвинения, предъявленного моему подзащитному, заключающееся в следующем:

1.Письменные доказательства представленные стороной обвинения, такие как судебно-медицинская экспертиза, а также судебно-биологическая экспертиза.

Данные, так называемые доказательства являются по мнению защиты, а также в соответствии нормами уголовно-процессуального закона, недопустимыми, что  влечет их исключение из списка доказательств.

В частности судебно-медицинская экспертиза была проведена в полном неведении потерпевшего: без его участия, без его согласия, без его уведомления.

На основании Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2010 г. N 28 г. Москва "О судебной экспертизе по уголовным делам" недопустимо назначение и производство судебной экспертизы в отношении потерпевшего без его согласия либо согласия их законных представителей, которые даются указанными лицами в письменном виде.

 Исходя из положений, указанных в пунктах 5, 9, 11 части 2 статьи 42, статьи 198 УПК РФ,  надлежит обеспечить потерпевшему возможность знакомиться с постановлением о назначении судебной экспертизы независимо от ее вида и с полученным на ее основании экспертным заключением либо с сообщением о невозможности дать заключение; право заявить отвод эксперту или ходатайствовать о производстве судебной экспертизы в другом экспертном учреждении, о привлечении в качестве эксперта указанного им лица либо о производстве судебной экспертизы в конкретном экспертном учреждении, о внесении в определение (постановление) о назначении судебной экспертизы дополнительных вопросов эксперту.

Кроме того, данная экспертиза была проведена, также без участия и уведомления стороны защиты, полностью лишенной возможностей, предусмотренных ст.198 УПК РФ.

На неоднократные обращения, в письменном виде, к следователю с просьбой, как исключить вышеуказанное доказательство, так и назначить повторную экспертизу было отказано, т.е. по сути все действия следователя были направлены исключительно во вред обвиняемого и нежелания соблюдать закон и вести объективное расследование.

Более того, сама экспертиза была проведена спустя более полугода и не дала необходимых результатов, которые бы установили истинную суть произошедшего с потерпевшим события.

В частности, допрошенный в судебном заседании суд. мед. эксперт, не смог ответить на ряд значимых вопросов, так как экспертиза была проведена без участия потерпевшего, спустя полгода после получения травмы и возможность выяснить это, на сегодняшний день, отсутствует,  если только, как он пояснил, на машине времени вернуться в прошлое и сразу же после получения травмы потерпевшим осмотреть его и выдать достоверное заключение, содержащее ответы на все вопросы.

Что касается судебно-биологической экспертизы, по сути, при её назначении и проведении следователем также был нарушен уголовно-процессуальный закон, что влечет её исключение из списка доказательств.

В частности об этом защита также говорила в суде, как и о судебно-медицинской экспертизе.

Следователь, ведя следствие нарушала нормы закона и была уверена в своей правоте, поясняя в суде, что хранила изъятые вещи, кровь, смывы, в своем кабинете, где бывали и иные посторонние граждане. На экспертизу не направляла длительное время, в связи с загруженностью по другим уголовным делам, условий хранения не соблюдала, в виду их отсутствия, а также незнания.

Экспертизу отвозила и передавала лично эксперту проводившему её, т.е. в обход заведующего экспертным учреждением.

2.К иным доказательств, таким как, показания свидетеля С., допрошенного, как в ходе предварительного следствия, так и судебного защита относится критически, в связи с чем, вышеуказанные показания не могут быть использованы в качестве достоверных допустимых доказательств, и как следствие не могут быть положены в основу приговора, по следующим основаниям:

 Так, согласно показаниям свидетеля С. он хороший знакомый сотрудника полиции Б., осуществлявшего задержание П. Ранее, как пояснил свидетель они находились в одной компании. В соответствии с показаниями иных свидетелей, а также сотрудника полиции Х. свидетеля С. 03 декабря 2015 года он не видел, в ту ночь к нему он не подходил.

 По мнению защиты, С. не присутствовал 03 декабря на платформе г.о.Х., и очутился в данном деле, в качестве свидетеля, исключительно по просьбе его старого товарища, сотрудника полиции Б.

Об этом можно судить по следующим фактам:

Исходя из протокола допроса обвиняемого, а также свидетеля Х. иных лиц, 03 декабря 2015 года  около часа ночи на платформе, недалеко от подземного перехода происходит конфликт П. с сотрудниками полиции — Х. и Б., в процессе которого появляется потерпевший уже с имевшейся на тот момент травмой глаза.

 Исходя из имеющегося в деле заявления, поступившего от потерпевшего, вечером 02 декабря 2015 года, когда Т. вышел из автобуса, спустя время избили двое ребят высокого роста.

Разговор с сотрудниками, при котором участвует в том числе и потерпевший, пояснивший, что ребята не причиняли ему телесных повреждений был записан на телефон принадлежащий П.В.П. Запись длится 8 минут.

На данной видеозаписи видно, что в разговоре свидетель С. не участвует, вопреки его позиции озвученной в суде, рядом также не стоит, данную информацию можно увидеть и в документе, составленном с участием специалиста, при помощи которого телефон был осмотрен и с него был скопирован разговор, и указаны участники данного события.

В связи с поступившим устным заявлением от потерпевшего,  сообщившим об избиении сотрудники полиции стали заниматься им, а тут и ребята без Московской регистрации, выпившие, конфликтующие с ними, почему бы и не привязать их к избиению Т., что и было сделано.

В связи с чем, ночью 03 декабря, как П., так и Ш., задержали, за совершение якобы административного проступка, хотя сама статья, указанная в журнале, а именно 20.1 КОАП РФ, ни как не влекла их арест. В ходе нахождения их в камере для административных задержанных пытались получить от ребят признательные показания об избиении Т., но положительного результата не получили и для усиления позиции  привлекли своего товарища С., не отказавшегося от оказания помощи следствию.

Так как, на тот момент, в деле было лишь устное заявление от потерпевшего и его объяснение, а также информация о том, где он обратился к сотрудникам полиции с просьбой оказать ему помощь, т.е. место, где был конфликт у П. и Ш. с сотрудниками полиции, показания первично полученные от С. указывают именно на данное место. В последствии, когда потерпевший вышел из больницы и уже 10 декабря 2015 года указал на иное место, а именно подземный переход, дело уже было сделано, и в возбужденном, на тот момент, уголовном деле уже имелись показания С. указывающие на место кардинально отличающееся от места указанного потерпевшим. Но и данное обстоятельство некоим образом не смутило следователя, а в последствии и прокуратуру, по сути закрывших глаза при утверждении обвинительного заключения на данные существенные противоречия, которые не были устранены на предварительном следствии, в ходе например очной ставки между потерпевшим и свидетелем.

 В период предварительного следствия следователь И., также не посчитала нужным обратить внимание на то обстоятельство, что первично данные показания свидетелем С., в последствии, в ходе очной ставки между П. и ним кардинально поменялись. Так изначально свидетель пояснял, что видел нанесение удара П. потерпевшему, к которым подошли сотрудники полиции, а он сразу же уехал, между тем, в ходе очной ставки свидетель стал пояснять, думаю по своей инициативе, не согласовавший внесение изменений в первично данные им показания со своим хорошим знакомым,  что на платформе, после того, как он вышел в 00:30 минут из подземного перехода, в котором, как он пояснил никого не было и ничего необычного в нем он не заметил, С. увидел стоящих друг против друга потерпевшего и П. и о чем-то разговаривающих между собой, при этом на лице у потерпевшего телесных повреждений не имелось, и когда он прошел мимо них, как С. пояснял в суде,  развернувшись увидел, что П. наносит удар потерпевшему рукой, а когда потерпевший упал П. нанес удар ногой по левому глазу, из которого потекла кровь. В этот момент мимо него пробежал парень со словами, что же вы делаете, и стал драться с П., а сам свидетель в это время подошел к потерпевшему и поднял его. Фактически спустя несколько минут к ним подошли сотрудники полиции и свидетель, П., потерпевший, а также парень, что дрался с подсудимым. У всех лиц стали проверять документы, и он С. в этот момент рассказывал сотрудникам полиции о случившемся событии свидетелем, которого он являлся.

В последующем, когда он понял, что в ходе очной ставки увлекся и наболтал лишнего, в период предварительного следствия родился дополнительный допрос, где уже его показания были немного откорректированы, и было указано, что возможно  его последние показания несколько не точны, так как прошло время.

Единственное, что было сказано С. верно, по мнению защиты, так это его показания в суде, в части того, что он не мог быть 03 декабря у следователя на допросе, так как у С. был день рождение  в этот день и он его отмечал, а возник он в деле, как предполагает защита, уже 04 декабря, где С. участвовал в допросе, а также в опознании.

О данных фактах, в том числе и говорит то обстоятельство, что протоколы составленные в отношении П. и Ш. за административные проступки, как-то неожиданно исчезли, причем на обоих ребят.

То обстоятельство, что С. не было при событиях с участием потерпевшего, в том числе, помимо видеозаписи, где он отсутствует в период проверки документов, говорят сами за себя его показания, которые противоречат и отличаются друг от друга, а также видеозапись из заведения С.,  показания сотрудников полиции допрошенных в суде, и показания самого потерпевшего указывающего на иное место нанесения телесных повреждений, а также пояснившего, что при нанесении ему ударов был только он в подземном переходе, и двое ребят.

Допрошенные сотрудники полиции также не подтвердили показания С., пояснив, что они подошли к двум стоявшим друг против друга ребятам проверили у них документы, отпустили неизвестного парня и сразу же появился потерпевший, которого они подвели к П. и далее подтверждают показания имевшиеся на видеозаписи. Сотрудник полиции Х. пояснил, что не видел и не общался с С. в тот вечер, он к нему не подходил в разговоре с П. и ними не участвовал.

Драку между потерпевшим и П. они также не видели. Потерпевший возник со стороны подземного перехода и подошел к ним. Т.е. показания свидетеля С. фактически никем не подтверждаются более того опровергаются основным лицом по делу — потерпевшим.

Показания С., также не согласуются с показаниями подсудимого и свидетелей защиты, указавших на совсем иной порядок происходивших в ту ночь событий.

Если же учитывать его показания, то как можно дать объяснение тем обстоятельствам, что С., согласно его словам, был на платформе в 00:30 ночи, посмотрев при этом на свои часы, пройдя предварительно через подземный переход и никого не увидев в нем, выйдя на площадь и увидев в последствии стоявшего там П. и потерпевшего о чем то разговаривавших  между собой, после чего спустя время, С. прошел мимо них, развернулся и увидел нанесение ударов в лицо, а потом ногой в глаз потерпевшему причем свидетель указал на нанесение удара в левый глаз, а не в правый, как определено экспертизой. В последствии завязалась, как он пояснил драка между неизвестным парнем и П., длящаяся определенный период времени и в последствии к ним подошли сотрудники полиции. Т.е. с периода времени после 00:30 минут П. постоянно находился в поле его зрения и все происходящие события были на площади недалеко от подземного перехода.

 Но в ходе следствия по просьбе защиты было осмотрена видеозапись имевшиеся в уголовном деле, на которой подсудимый опознал себя, проходившего ночью, как по направлению в кафе в 11:05 вечера, так и выйдя спустя полтора часа из него и направившись вместе с Ш. в сторону площади. Время указанное в период его прохождения мимо заведения спортбара расположенного на площади примерно в нескольких десятков метров от места указанного С. составляло 00:28:12 часов ночи, т.е. когда П. проходил мимо спортбара по направлению в сторону площади он никак не мог находится около подземного перехода и разговаривать при этом с потерпевшим, а в последствии нанести ему удары.

  Все вышеуказанные противоречивые факты несомненно дают основание полагать, что свидетель С. при событиях с участием П. не присутствовал и его показания не соответствуют действительным обстоятельствам.

  Если же говорить о показаниях потерпевшего, то ему были нанесены удары в область лица в подземном переходе, а лишь спустя время он очутился на площади недалеко от подземного перехода от куда вышел и сразу же его увидели сотрудники полиции и подвели к П. Т.е. П. должен был оказаться в подземном переходе до 00:30, нанести удары потерпевшему, выйти из подземного перехода и после этого оказаться на платформе, где у него возник конфликт с полицией, однако и такая версия не совпадает по времени, так как до 00,30 П. находился в кафе, что подтверждает свидетель, работающий в ту ночь в кафе барменом и допрошенный в рамках предварительного следствия, чьи показания были оглашены в суде. Т.е версия С. и версия потерпевшего опровергается имевшимся у П. алиби, подтверждающая его непричастность.

Ну и не надо забывать показания С., который вопреки позиции потерпевшего пояснил о том, что удары Т. были все же нанесены на площади, а не в подземном переходе.

 Кроме того, исходя из показаний свидетеля С. удар был нанесен в область  левого глаза, и именно ногой. В последствии П. было предъявлено обвинение, где указано, что травма была получена потерпевшим, правда вопреки позиции свидетеля все же в правый глаз ногой,  однако в судебном заседании был допрошен суд.мед.эксперт, который пояснил, что данная травма однозначно была получена тупым твердым предметом с ограниченной поверхностью, не более размера глаза либо меньше него, так как иные повреждения на лице отсутствовали и не были указаны в мед.документах поступивших ему на обследование. Т.е. травма не могла быть нанесена ступней взрослого мужчины обутой в ботинок, так как его размер не соответствует размеру глаза либо не является меньше него.

 В среднем глаз имеет длину пять сантиметров, ширину 2-3 сантиметра, Ступня же взрослого мужчины одетая в ботинок 43 размера имеет длину кардинально отличающуюся от размера глаза. Что П. имеет большой размер ноги было установлено в судебном заседании при обозрении ботинка изъятого у него и приобщенного к делу в качестве вещественных доказательств.

  На правом ботинке П.В.П., с правой стороны, имеющем длину и ширину в несколько раз превышающую размер глаза, в месте соединения верха с подошвой обнаружена кровь человека, относящаяся к группе, которая могла произойти от потерпевшего Т.В.Е. На куртке, джинсах, левом ботинке П.В.П. крови не обнаружено. На свитере П.В.П. каких-либо пятен также не обнаружено. Между тем, в природе существует 4 группы крови. Группа крови потерпевшего имеется у миллионов людей. П.В.П. в течение длительного периода носил ботинки, на правом которого, с правой стороны фактически на подошве, была найдена кровь, схожей группы с Т.В.Е. Между тем, данное пятно крови могло принадлежать и иному лицу, в частности, если исходить из показаний свидетеля С., П. в ту ночь дрался с неизвестным парнем, т.е. кровь могла принадлежать и ему.  Для определения достоверности принадлежности группы крови найденной на ботинке подсудимого защита просила назначить молекулярно-генетическую экспертизу. Между тем, в удовлетворении данного ходатайства было необосновано отказано.

 Однако, по сути, данная биологическая экспертиза не подтверждает доводы обвинения, а лишь добавляет сомнений, так как не указывает достоверно на П., как на лицо причинившее Т. повреждения, и противоречит позиции эксперта допрошенного в суде и с уверенностью утверждавшего, что травма глаза могла быть причинена исключительно предметом с ограниченной травмирующей поверхностью, не более размера глаза или меньше него.

  Кроме того, хотелось бы обратить внимание, что согласно показаниям суд.медэксперта травма могла быть получена и в результате падения потерпевшего с высоты собственного роста.

  Более того, исходя из показаний потерпевшего полученных в ходе очной ставки с подсудимым он не смог пояснить, как именно был нанесен ему удар в глаз.

  Его показания, где он изначально говорил о двух ребятах высокого роста, вечером 02 декабря 2015 года после того, как он вышел из автобуса в последствии поменялись, я думаю не без участия следователя, так как на тот момент П. имеющий средний рост и не подпадающий под первичное описание, уже был под стражей и отпускать его никто не намеревался, да и искать истинных виновников избиения никто, я думаю, не желал. То обстоятельство, что потерпевший в последствии стал говорить неправду уличая П., говорит и тот факт, что в его заявлении он указывает на двух ребят избивших его вечером 02 декабря 2015 года. Таким существенные я бы сказала кардинальные противоречия от первоначальной позиции потерпевшего не были устранены следствием, а прокуратура на них просто закрыла глаза.

  Кроме того, прошу суд обратить внимание на показания потерпевшего данные им в ходе очной ставки, где он отвечая на вопросы защиты пояснил уже иную версию событий, согласно которой он гулял около парка, а в последствии направился в сторону подземного перехода и метров 10 шел рядом в одном направлении с П. до подземного перехода, однако его слова опровергаются видеозаписью из заведения С., где можно увидеть что около входа в парк никого не было и рядом с П. никто кроме Ш. не находился и не шел.

  В ходе, как предварительного следствия, так и судебного защита заявляла ходатайства о назначении и проведении экспертизы с применением детектора, как в отношении П., так и в отношении свидетеля Ш., тем самым пыталась показать следствию и суду, что обвиняемому П. нечего скрывать и он, а также Ш., находившийся в тот вечер с ним, готовы на все что угодно лишь бы обвинение, а на сегодня суд увидели и поняли, что В. не виновен.

  Свидетели защиты допрошенные в ходе предварительного следствия, а в дальнейшем и в ходе судебного, в том числе указывают на не виновность В. в предъявленном ему обвинении. Показания свидетелей защиты последовательны и согласуются между собой, а  также с показаниями самого подсудимого. Кроме того, в частности показания свидетеля защиты И. были проверены следователем И. на их достоверность. Следователем была получена истребованная от оператора сотовой связи, информация о том, находился ли сотовый телефон с номером находящемся в пользовании И. в период событий происходивших с П. в данном месте. Данная информация имеется в деле и подтверждает местонахождение свидетеля на ст.Х. в период событий описанных им в допросе.

 При наличии существенных противоречий в показаниях потерпевшего и неоднократной просьбы защиты признать по вышеуказанным основаниям явку потерпевшего обязательной, суд вопреки позиции защиты огласил показания потерпевшего в судебном заседании не имея на то законных оснований, так как в соответствии со ст.281 УПК РФ

 При неявке в судебное заседание потерпевшего или свидетеля суд вправе по ходатайству стороны или по собственной инициативе принять решение об оглашении ранее данных ими показаний лишь в случаях:

 смерти потерпевшего или свидетеля; тяжелой болезни, препятствующей явке в суд;

отказа потерпевшего или свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда;

стихийного бедствия или иных чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке в суд; если в результате принятых мер установить место нахождения потерпевшего или свидетеля для вызова в судебное заседание не представилось возможным.

 Исходя из письменных материалов уголовного дела, в деле имеется копия  паспорта потерпевшего - гражданина республики Беларусь. Между тем, в ходе судебного следствия потерпевший Т. не отказывался от участия в рассмотрении данного уголовного дела, а лишь указывал на отсутствие материальной возможности приехать и суд. Таким образом, оснований для оглашения показаний потерпевшего у суда не имелось.

 Более того, исходя из материалов уголовного дела, в частности судебной медицинской экспертизы потерпевший оказался в больнице спустя значительный период времени, а именно в 09:45 утра. Лишь утром ему была оказана помощь врача офтальмолога, который по сути уже ничего не смог сделать, ограничившись удалением глаза. Между тем, если брать показания суд.мед.эксперта пояснившего в суде, что при такого рода травмах необходимо срочное вмешательство врача специалиста в области офтальмологии, что возможно привело бы к спасению глаза и зрения, и как следствие иной квалификации для уголовного дела.

  Однако положительного исхода не произошло и я думаю в том числе и из-за  несвоевременного оказания квалифицированной медицинской помощи.

  В соответствии со ст.302 УПК РФ Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.  

  В соответствии со ст.73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию:

событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления);

виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания;

  В соответствии со ст.14 УПК РФ Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

  По мнению защиты обвинение не установило место и способ совершения преступления, не установило виновность П. в совершении преступления в  отношении Т.

 Между тем, в деле имеется достаточно доказательств подтверждающих непричастность моего подзащитного к предъявленному ему обвинению.

  На основании вышеизложенного прошу суд оправдать моего подзащитного в связи с его непричастностью.

В уголовном деле моего сына П.В.П. 1993 г.р. , которое возбудили  в декабре 2015 года по ст.111 ч.1 есть следующие нарушения.

К Этому делу имеют отношения следующие сотрудники : Следователь И.О.В.,  Сотрудники ППС Б.М. и Х.Ю., судья М.Е.Е. и работники прокуратуры г.Х. Не смотря на наши многочисленные ходатайства, они оставили все без изменений.

  1. Не были изъяты записи видеокамер по периметру жд.станции Х.(единственная запись с камер, которую мы достали, подтверждает время выхода моего сына из бара)
  2. Не были проведены следственные эксперименты по установлению временного периода нахождения моего сына на станции.
  3. Не были сделаны смывы с рук сына после задержания ( со слов следователя в суде она не сочла нужным это делать)
  4. Не была проведена экспертиза, которая объяснила бы происхождение крови на подошве обуви моего сына( является ли этот след крови от удара или же он наступил в кровь)
  5. Не была проведена экспертиза на полиграфе по нашему запросу.
  6. Не была проведена экспертиза по ране на теле потерпевшего ( в результате чего она могла быть получена, и от удара каким предметом если таковое было)
  7. В деле нет документов, которые бы утверждали согласие потерпевшего на проведение экспертизы без его участия.
  8. Нет документа в котором бы потерпевший был ознакомлен с результатами экспертизы.
  9. Все согласия и одобрения потерпевшего со слов следователя она получила по телефону, чему нет подтверждения.
  10. В деле нет билинга по номеру телефона свидетеля со стороны полиции, которые бы подтверждали или опровергали его нахождение на площади в г.Х. ( такую проверку нашему свидетелю следователь сделала)
  11. Были нарушены правила сбора и хранения крови.
  12. Экспертиза была проведена спустя  более 6 месяцев после изъятия вещей и забора крови, при этом все это хранилось просто в пакетах в кабинете следователя.
  13. Адвокат и сын не были предупреждены о проведении судмедэкспертизы, тем самым лишили его возможности выразить свое доверие или недоверие эксперту.
  14. При проведении экспертизы были так же нарушения. Следователь напрямую обратилась к эксперту, минуя руководителя, без соответствующих документов. Когда и кому передала материалы неизвестно.
  15. Следователь не стала выяснять, куда дели протоколы административного задержания моего сына и его друга.
  16. Место преступление произошло в подземном переходе на жд.станции Х., что подтверждает сам потерпевший, территориально не принадлежит следственному отделу  г.Х., но следователь в самом начале расследования отказалась передавать дело в другой отдел. Спустя полгода дело решили отдать в другой отдел, но там отказались и дело вернули И.О.В. которая затягивала расследование дела и выходила на продление, указывая одни и те же причины.
  17. В течение всего года мне не давали свиданий с сыном. Следователь дала отказ, причиной которого было то, что мой сын не захотел признавать своей вины.
  18. В деле есть документ, в котором потерпевший дает согласие на проведение следственных действий без его участия. Данный документ не имеет никаких подтверждений, нет конверта, нет даты регистрации входящих документов. Подпись на данном документе отличается  от подписи потерпевшего , которая стоит в первых протоколах допроса.
  19. В деле имеются протоколы допроса, как потерпевшего, свидетеля, так и сотрудников полиции, все протоколы противоречат друг другу. После того как мы находили очередные доказательства невиновности сына и опровергали слова свидетелей и в деле появлялись показания, которые опровергали предыдущие.
  20. В дело так и не включили временные параметры от момента выхода сына с другом из бара и до момента задержания (время зафиксировано камерой и записью телефона) время составляет 10 мин, максимум.
  21. Следователя не смутило, что ее свидетель оказался другом сотрудника полиции М.Б., который задержал моего сына. Так же ее не смутило и то, что их свидетель на основании показаний которого, задержали моего сына, указал место происшествия не соответствующее действительности.  Со слов свидетеля он четко видел, как мой сын избивал потерпевшего на площади, и после этого произошло задержания. Но не смогли объяснить, как кровь могла оказаться в подземном переходе, куда сын даже не спускался. Потерпевший доказывал, (уже в 3 протоколе)  что сын его избил в подземном переходе. В итоге написали, что место преступления не установлено. Со слов свидетеля С., сын был на площади в 00.30 и избивал человека, а потерпевший говорит обратное. При этом все стены в переходе в крови, а у сына на одежде нет следов от этих брызг. Если он наносил удары ногой в область глаза, как доказывает следователь, то где брызги на поверхности обуви и брюк? Он наносил и удары рукой по лицу, как говорит свидетель полиции, но следов на руках нет, и следователь не сделала смывы, чтобы это доказать.
  22. В протоколе первого допроса свидетеля  С. стоит дата 3 декабря 2015 г., в суде данный свидетель сказал, что 3 числа он показаний не давал, т.к. у него был день рождения и в полицию в этот день он не ходил. Он приезжал к следователю позже, и об этом его попросил его друг, который совершал задержание. Следователь его не вызывала.
  23. Противоречивые показания сотрудников полиции, свидетеля и потерпевшего, которые менялись в течении года не вызывают недоверия у следствия, прокуратуры и суда.
  24. Показания сына, его друга, с которым его задержали, продержали без объяснений 40 часов в полиции и отпустили без объяснений, показания таксиста, который присутствовал при задержании и все видел, мои показания, т.к. я была  через минут 30 после задержания в полиции и при мне составили протокол административного задержания, все это не вызывает доверия правоохранительных органов г.Х.
  25. Скажите в этом перечне нет нарушений прав моего сына, нет нарушений со стороны следователя И.О.В., сотрудников ППС Б. и Х.,  свидетеля С., который дал ложные показания?
  26. Почему никто не хочет всего этого видеть и не хотят разобраться в этом? Если я обычный преподаватель и у нас нет больших денег, то  у меня нет прав на то чтобы добиться справедливости? Я понимаю, что мой сын обычный сельский парень, которых много, он не знаменитость, но неужели его сломанная судьба и жизнь ничего не стоит???
Решение
Маргарита Пачерских Маргарита Пачерских , эксперт 31 января 2017, 16:51
0

Татьяна, во-первых, необходимо срочно обжаловать в порядке апелляции данный приговор. Нарушений при проведении предварительного следствия действительно очень много. Во-вторых, целесообразно обратиться в Следственный комитет с сообщением о преступлении, совершенном следователем, а именно ч. 2 ст. 199 УК РФ - привлечение заведомо невинового к уголовной ответственности, соединенное с обвинением лица в совершении тяжкого преступления ( в соответствии с п. "а" ч. 2 ст. 151 УПК РФ подследственность СК РФ).

Но для этого нужно начала отменить приговор суда путем его обжалования.

Маргарита Пачерских Маргарита Пачерских , эксперт 31 января 2017, 17:09
0

В ходе предварит. следствия, если следователь отказывает в удовлетворении ходатайства, этот отказ можно обжаловать руководителю следственного органа, прокурору, в суд. Непонятно, почему адвокат не настоял на этом. Геномная экспертиза на предмет идентификации крови на ботинке сына и одежде потерпевшего, проверка показаний сына с момента выхода из бара до момента задержания и хронометраж в целях проверки алиби, получение билинга с телефона свидетеля С. необходимы. Можно утверждать, что алиби сына ни следствием, ни судом не проверено. Сын, как следует из приведенных Вами сведений, все время находился с другом с момента выхода из бара до момента задержания и, соответственно, встречи с потерпевшим. Непонятно, почему его показания подвергаются сомнению, равно как и Ваши показания об административном задержании. Есть масса объективных доказательств, подтверждающих алиби сына (записи на телефон, с видеокамер, показания свидетелей, билинг их телефонов, отсутствие следов крови на одежде сына), против путанных показаний одного свидетеля, и то знакомого сотрудника полиции, производившего задержение.  

Маргарита Пачерских, эксперт

юрист ( ООО Юридическая компания "Позиция")
8 лет работы в органах следствия, 13 лет работы в должности руководителя юридической службы группы коммерческих организаций, где решала проблемы в области корпоративного, налогового, административного, гражданского, трудового, земельного права. Решение вопросов уголовного,...
Обращение:

30 января 2017, 15:24,
2 года назад
Рейтинг: 5

Рейтинг обращения определяется активностью обсуждения: числом комментариев и одобрений (лайков).