Почему прогрессивный американский кинорежиссер 60-х – больше не прогрессивный?

В этом году 29 сентября исполнилось 100 лет со дня рождения великого американского кинорежиссера Стэнли Крамера. Но, увы, сегодня он, с его гениальными фильмами-притчами, заставляющими думать и сравнивать то, что отражено в этих фильмах (отстоящее от нашего времени на 60-100 лет), с тем, что происходит сейчас в России, нам не нужен…

В 60-х годах по советским экранам с огромным успехом, с хорошей, одобрительной прессой прокатывались его фильмы – прогрессивного, как тогда писала советская пресса, американского кинорежиссера. Многие наверняка помнят эти фильмы. В достаточно серой жизни того времени прокат этих фильмов был заметным явлением. Казалось бы, столетие со дня рождения человека, будоражившего наши умы 40-50 лет назад, достойно упоминания где-то в газетной статье, на экране телевизора… Но нет. Нигде ни строки, ни слова. Может, это не актуально для России, или – наоборот – чересчур актуально?

Давайте подумаем.

«Скованные одной цепью» - в оригинале – «Не склонившие головы» - история о побеге с этапа двух уголовников – черного и белого – но скованных одной парой наручников в расчете на их агрессивный расизм. Однако расчет тюремщиков не оправдывается. Пройдя через самые разнообразные испытания, эти два преступника поняли, что нет между ними различий, из-за которых они должны склонить голову перед общей бедой и властью. По мнению выпускавших в прокат фильм отечественных чиновников от культуры, советскому человеку нельзя было напоминать о возможности не склонять голову, потому и исчезло оригинальное название фильма.

Проблема «других» и думающих иначе, чем большинство, занимает Крамера, и он в 1960-м году снимает блистательный фильм «Пожнешь бурю» о знаменитом «обезьяньем процессе» в США 1925 года. Тогда судили учителя, осмелившегося преподавать теорию Дарвина в школе вопреки запрету это делать по закону штата. Фильм – это не просто протест против религиозного мракобесия, это и активная защита права человека думать и самостоятельно принимать решения. В стране с атеистической идеологией, в которой вере в Бога противопоставлялась вера в бредовое учение о коммунизме, такой фильм был прокатан с особым удовольствием. Тем более, что при прокате зарубежных фильмов любые неудобные или неприятные для властей тексты легко убирались дубляжем и ножницами.

Для Крамера ясно, что расизм, нетерпимость к «другим», к думающим независимо от толпы, массовое бездумье и конформизм – порождают страшные политические режимы и последствия. И он в следующем своём фильме исследует процесс становления фашизма в одной из культурнейших стран Европы – в Германии. Это его знаменитый фильм «Нюрнбергский процесс».

В советском прокате этому фильму особенно не повезло. Он был чудовищно изуродован ножницами (сокращен с трех часов в авторской версии до 2 часов 15 минут в советском прокате) и дубляжом. «Прогрессивный» режиссер рассказывал в этой советской версии фильма исключительно о том, что американский империализм реанимирует и защищает нацистских преступников для борьбы с Советским Союзом. И в фильме действительно есть эта проблема противостояния с Советским Союзом, агрессивно распространяющим свое влияние в Восточной Европе, навязывающем коммунистическую идеологию в оккупированных странах, создающим Берлинский кризис, что, естественно, вызывало беспокойство в США и Западных странах. Но не это стержень и главная мысль этого произведения. Крамер тщательнейшим образом исследует, как расистские идеи и немецко-фашистская юстиция и суды способствовали становлению страшного режима в Европе ХХ века, как беззаконие, обернутое в форму законности, при попустительстве граждан способствовало укреплению режима и превращало немцев в агрессивную жестокую безликую фанатичную массу, совершившую страшнейшие преступления против человечности в первой половине прошлого века. И стержень фильма – законы должны защищать людей и обеспечивать соблюдение их прав, и тогда тоталитаризм не пройдет.

Конечно, на фоне современной российской юстиции и судебной системы, переполненной чудовищными примерами судебных решений, продиктованных стремлениями власти любой ценой удержаться у власти, такие фильмы нежелательны на экране. Что говорить, если в тюрьме убивают Магницкого, показавшего, как грабят чиновники бюджет страны, и после его смерти предают его суду. Что показывать «Нюрнбергский процесс», если наша юстиция, суды ведут себя точно как судебная машина фашистской Германии, любой ценой защищавшая власть Гитлера и его идеологию! И отправляют в тюрьмы и лагеря заведомо невиновных, как это было и в фашистской Германии, так это было и в СССР. Наша современная юстиция фабрикует дела, чтобы доказать, что следователям, прокурорам, омоновцам и полицейским, судьям и эфэсбэшникам  необходимо прибавлять бюджетные статьи и зарплаты, звания и награды, потому что – кругом враги. Нет шпионов – надо их создать, нет антиправительственных заговоров – надо их придумать. Нет агентов вражеских разведок – надо их назначить.

Крамер показывает в своем фильме, что это ведет к национальной катастрофе. Ну, зачем людям показывать такие фильмы в России в XXI веке? Власть, именуемая многими властью жуликов и воров, с ее послушной и преступной фемидой, надеющейся, что их минует такая судьба? Ведь советскую юстицию за такие преступления фактически не судили…

Не знаю, хочется верить, что теперь так не обойдется…

А Крамера не перестает волновать вопрос – как страна может впасть в фашистский маразм, как человечество это может допустить, и можно ли это предотвратить. Результат этих раздумий кинорежиссера – фильм «Корабль дураков».

…1932 год. Из Латинской Америки в Германию плывет корабль. На нем есть всего много – богачи и бедняки, криминал и порядочность, долг и бесчестие, а главное – есть безразличие и готовность бездумно жить как все. Там есть носители нацистских идей и частичная их реализация, и планы дальнейшего развития этих идей, а единственный думающий человек – корабельный врач со всеми признаками чистейшего арийца и со шрамом на щеке, получегном, видимо, когда-то в элитных немецких клубах, бывших кузницей фашистских руководителей верхних эшелонов власти. Он не приемлет всех этих новаций, и он не совмещается с наступающим по всем направлениям фашизмом, умирает на этом корабле дураков - символе человечества перед приходом Гитлера к власти, не понимающих, куда плывет мир в 1932 году. Корабельный врач умирает, как у Пастернака в романе умирает Юрий Живаго, не совмещаясь с бредом советской действительности.

Резонерствующий в фильме карлик в конце спрашивает зрителя «Вы, наверное, спрашиваете, а какое это имеет отношение ко мне? – А никакого…».

Вот безразличие людей к злу рядом с ними и привело мир к трагедии Второй мировой войны.

Этот фильм мельком прошел по советским экранам. Прошел незамеченным. А почему?

Нам бы его сейчас смотреть всей страной, и повнимательнее. Но нет места фильмам Крамера на российском экране. Он больше не прогрессивный?

А религиозное мракобесие захлестывает Россию, и демонстрировать «Пожнешь бурю» нельзя. И дело вовсе не в том, что человечество еще не готово отказаться от Бога. В действительности эти мифы можно как-то примирить с наукой и обеспечить сосуществование здравого смысла с мифами. Тем более, что очень многим людям эти мифы помогают жить. Но милоново-мизулинская фанатичность, совмещенная с агрессией РПЦ, выходящей на уровень самых реакционных и жестоких ветвей ислама, соединяясь со стремлением власти реанимировать советские порядки с частной собственностью у правящей чекистско-православной элиты создает такую гремучую смесь в общественной жизни страны… И конечно, по мнению наших чиновников от культуры типа Мединского и Михалкова, не место в умах россиян размышлениям над глубочайшими смыслами аллегорий Крамера…

Крамер еще в 1959 году снял фантастический фильм-предупреждение «На берегу» – о последствиях ядерной третьей мировой войны, который заканчивается видом мусора, плавающего у берега океана, с плакатом, призывающим остановится, пока еще есть время. В прокате в СССР на всякий случай этого фильма не было, хотя в прессе о нем писали много и хорошо. Мол, вот к чему приведет империализм. Но, может быть, в действительности потому, что в те годы опасность ядерной войны исходила в большей степени и в первую очередь из СССР?

В 1971 году Крамер снял страшную драму «Благослови зверей и детей» – о том, как ребята из специального летнего лагеря для трудных детей попытались спасти от уничтожения зверей, приготовленных для этого участникам сафари… Трудные дети, ставшие такими и из-за безразличия к ним старших, занятых бизнесом и престижными дорогими развлечениями, на самом деле лучше, чище и добрее своих благополучных старших… Нет ли и здесь нежелательной аналогии с современной Россией и ее олигархическим кланом?...

В 1973 году Стэнли Крамер снял боевик «Оклахома как она есть» – о нефтяном буме в США в начале века, и о нравах в борьбе за доступ к черному золоту. И опять – то, что было актуально для Америки 100 лет назад, – актуально для России сегодня.

С оглушительным успехом прошел по советским экранам, да и сейчас прокатывается его фильм «Этот безумный, безумный, безумный мир!». В полный рост, что называется, Крамер высмеивает талантливо и едко стяжательство обывателей, жадность к халяве у среднего американца, живущего безудержным стремлением потреблять. Мы-то в СССР в 60-70 мало понимали, что такое общество потребления, да и про потребление мало что знали. Но вот сейчас многие могут потреблять безгранично, но многие – и не могут. Для тех, кто не может – утешение про нашу необыкновенную духовность от РПЦ, ну, а бездуховные потребители яхт и недвижимости в самых сладких частях ненавистного западного бездуховного мира мучаются этим потреблением, но продолжают активно потреблять, рассказывая о том, как это мерзко…

Есть ли место этим прогрессивным в 60-70-е годы фильмам в сегодняшней России?

Нет. Нашему зрителю это противопоказано. Он должен смотреть сериалы про милицию и старые «легендарные» пропагандистские, идеологически выдержанные хиты про подвиги чекистов в борьбе с врагами народа и происками империализма, или бесконечно веселиться на всяких смехопанорамах и смеходромах, отвлекаясь от этого на смакование подробностей из личной жизни знаменитостей с Рублевки или иными творениями, одобренными нашим культурным чиновничеством, озаботившимся идеологией искусства и культуры для масс. Но ведь это уже было в фашистской Германии и в Советском Союзе. И куда это ведет?..

Стэнли Крамер с его гениальными фильмами-притчами, заставляющими, кроме восхищения его безукоризненными работами как режиссера, думать и мучительно искать ответы на поставленные им вопросы, и сравнивать то, что отражено в этих фильмах, отстоящее от нашего времени на 60 – 100 лет, с тем, что происходит сейчас в России, нам не нужен…

Это вредно и опасно для власти, которую многие называют властью жуликов и воров.

кино
Стэнли Крамер
уроки истории

Так-так-так, поддерживаю!

Правозащитная социальная сеть «Так-так-так» создана для того, чтобы мы помогали друг другу. Каждый из нас сталкивался с нарушением своих прав – неважно, идет речь о загрязнении озера рядом с домом или лишения свободы. Часто мы оказываемся наедине со своей проблемой, но важно знать, что мы не первые оказались в подобной ситуации – кто-то уже успешно ее решил и сможет вам помочь. Сделаем право доступным для всех!

100 ₽
500 ₽
1 000 ₽
2 000 ₽
5 000 ₽
10 000 ₽